Korchy (korchy) wrote,
Korchy
korchy

Балласт

Нытики... И откуда их столько берется? Где плодятся, как размножаются? Все им не так и не то. Страна убогая. Правительство тупое. Работа хреновая. Надо валить из этой страны, искать теплый угол... Да пиздуйте!!! Без таких только лучше будет! Иногда хочется взять пистолет и списочек адресов...



Кирилл размял ноющую шею, растер красные от недосыпания глаза. Накопившаяся усталость накатывала волнами. Буквы на экране двоились, смазывались. Несколько раз сморгнув, прогоняя сонливость, Кирилл вернулся взглядом к монитору. Вчитался в появившуюся фразу.
Tinda: Меня достала эта убогая планета, я собираюсь эмигрировать. Здесь жить совершенно невозможно.
Пальцы Кирилла неслышно забегали по клавиатуре. В блог добавилась очередное сообщение.
Mellifera_Scutellata: А что сделали вы, чтобы ваша планета не была убогой?
Ответ Тинды не заставил себя ждать.
Tinda: Смеетесь? Что я могу сделать? Что вообще может сделать один человек в масштабах планеты? Нет, валить нужно отсюда, и как можно скорее.
Кирилл снова пробежался по клавишам. Компьютер переводил слова в символы, данные сжимались, превращаясь в электронные импульсы, информация пересылалась через ретрансляционные спутники с невообразимой скоростью. Два человека, разделенные сотнями тысяч световых лет, вели прямой диалог в реальном времени.
Mellifera_Scutellata: Мне кажется, вы не совсем правы. Много чего можно придумать. Сажать деревья, строить дома.
Tinda: Не пишите ерунды. Какие деревья, дома? Кому это нужно?
Mellifera_Scutellata: Тогда, хотя бы, самое простое: проводить исследования. Вы в какой отрасли работаете?
Tinda: Я - квантовый энергетик.
Mellifera_Scutellata: Это же одна из ведущих отраслей! И вы не можете придумать/разработать что-то новое?
Tinda: За грошовую зарплату? Ха-ха!
Mellifera_Scutellata: Что мешает сменить работу на более оплачиваемую?
Tinda: Умный какой! Все хорошие места давно заняты. Без протекции, без денег…
Mellifera_Scutellata: Разработайте что-нибудь для себя. Запатентуйте. И вы удивитесь, как измениться к вам отношение возможных работодателей.
Tinda: Хватит учить меня жить! Достаточно того, что я каждый день мотаюсь на осточертевшую работу в этом осточертевшем городе на этой осточертевшей планете, теряю лучшие годы, чтобы смотреть, как жизнь проходит мимо! Я не собираюсь делать для этой планеты ничего, пока она не сделает хоть что-то для меня!
Tinda: …пользователь разорвал связь…

Кирилл выключил ноутбук, захлопнул крышку. На сегодня достаточно! Глаза неодолимо слипались. Кирилл мельком глянул на стилизованные под старину настенные ходики. До прибытия космического челнока оставалось около шести часов. Нужно хоть немного поспать, иначе в ответственный момент рука может дрогнуть. Кирилл включил программу затемнения окон, принял душ и, наконец-то, нырнул в прохладные объятия долгожданной постели. Набитые песком веки сомкнулись прежде, чем он успел натянуть на себя одеяло.
Специальные тренировки не проходят даром – Кирилл проснулся ровно за десять секунд до звонка будильника. Четырехчасовой сон не прогнал усталость полностью, но лист бумаги, положенный на вытянутую руку перестал дрожать.
Одевшись в заранее приготовленный строгий костюм, Кирилл раскодировал оружейный сейф. Покачивая на ладони короткоствольный импульсный пистолет, словно прикидывая на вес, Кирилл раздумывал о необходимость резервного заряда. Три? Или, на всякий случай, все же четыре? Поколебавшись, он вытащил обойму и разрядил аккумулятор до третьей отметки. Удовлетворенно поджав губы, Кирилл подвесил кобуру под левое плечо. Вместо резервного патрона он прицепил к ноге десантный нож и опустил сверху брючину.
Часы показывали половину двенадцатого. Сорок минут до прибытия.
Кирилл придирчиво оглядел себя в зеркало. Поправил галстук, подмигнул сам себе и вышел на улицу. Не торопясь, здороваясь по пути со знакомыми, вышел на остановку и ступил на движущуюся ленту транспортера. Неспешное движение дорожки доставило его в космопорт как раз к моменту причаливания.
Облокотившись о перила, сквозь стеклянную перегородку Кирилл смотрел, как сверкающая капсула межпланетного корабля нырнула в стыковочную яму, где к ней мгновенно присосались шланги технических служб. Прищурив глаза, Кирилл сумел разглядеть даже на таком расстоянии три черных точки – фигурки пассажиров, появившиеся в люке корабля и сразу же исчезнувшие в чреве припортового автобуса.
Десять минут на проверку документов, еще пятнадцать – таможенный и санитарный досмотр. Кирилл оторвался от созерцания влекущих своей стремительностью форм межпланетника и все тем же неспешным шагом двинулся по направлению к воротам. Никто из охранников и не подумал задержать или хотя бы проверить его. Вооруженный человек входил в единственный на планете центр управления космическими полетами, а охрана усиленно старалась игнорировать его присутствие даже, когда он дружески кивал, встречая знакомые лица.
Кирилл остановился перед раздвижными воротами, напротив которых световое табло на нескольких языках высвечивало фразу "Добро пожаловать!". Щелкнул по кнопке справа. На экране высветилось небольшое помещение, где на мягких диванах ожидали прибывшие пассажиры. За годы тренировок Кирилл научился запоминать расположение людей в комнате за доли секунды. Выключив камеру, Кирилл шагнул в раскрывшиеся двери, звериной пастью сомкнувшиеся за его спиной.
Три негромких хлопка. Короткий вскрик. Проходивший мимо охранник резко повернул голову к окну и дальше шел, упорно глядя в противоположную от дверей сторону.
Через некоторое время, Кирилл снова прошел сквозь раздвижные двери, толкая перед собой тележку, накрытую черным брезентом. Миновав приемный зал, охранники упрямо не замечали ни его, ни тележку и, спустившись на лифте в подвальный этаж, Кирилл покатил свой груз в дальний конец коридора, где набрал код цифрового замка на неприметной серой двери.
Сквозь открывшийся проем дыхнуло жаром. Утерев мгновенно выступивший на лбу пот, Кирилл, тщательно закрыв за собой дверь, покатил тележку дальше по узкому проходу между дышащими жаром реакторами термоядерного синтеза.
В одной из попадавшихся то слева то справа ниш, Кирилл заметил человека в синем рабочем халате. Привлеченный скрипом колес, мужчина вздрогнул, оторвавшись от разглядывания лазерного диска. Диск со звоном покатился по полу, мужчина же проводил Кирилла с тележкой взглядом, в котором смешались покорность и отвращение.
Несколько минут спустя, Кирилл достиг массивного круглого люка. Сняв со стены и натянув на лицо защитную маску, Кирилл с натугой повернул кольцо в крышке люка. Толстостенная конструкция бесшумно поднялась, открыв взгляду море белоснежного пламени. Нестерпимый свет резал глаза даже сквозь защиту, хорошо хоть, температура не росла пропорционально. Лишь открытие холодного термоядерного синтеза позволило космическим кораблям использовать его в качестве движущей силы.
Кирилл откинул с тележки брезент и осторожно, на вытянутых руках, перетащил и мягко опустил в люк первый мешок. Темный полиэтилен безвозвратно канул в сияющую бездну. Второй и третий мешки последовали за первым. Кирилл закрыл люк и стащил с головы маску, судорожно хватая губами горячий воздух.
Усталость и нервное напряжение, хлынув, словно сквозь прорванную плотину, затопили Кирилла. Переставляя вдруг ставшие деревянными ноги, он чересчур твердым шагом двинулся обратно по коридору.
- Лев!
Мужчина в синем халате снова со звоном уронил диск.
- Налей мне! – Кирилл осторожно опустился на краешек стула.
Мужчина поджал губы, покачивая головой, но все же вытащил из-под стола бутылку и два стакана. Плеснул на два пальца, пододвинул Кириллу. Сам взял второй. Выпили не чокаясь.
Кирилл задержал дыхание и повторно протянул стакан.
- Снова все? – не выдержал молчания Лев, добавляя спирта в стакан Кирилла. Тот лишь кивнул, вновь протягивая руку за добавкой.
Лев следил за тем, как Кирилл пьет, резко забрасывая в себя порции спиртного, глядел на его осунувшееся бледное лицо, набрякшие веки, глаза, все в красных прожилках от постоянного недосыпа и неодобрительно качал головой.
- Зачем тебе все это?
- Это, что? – Кирилл посмотрел на него.
- Вот это! – Лев кивнул на красные пятна на элегантном костюме.
- Это – моя работа, - спокойно ответил Кирилл.
- Я говорю не о работе, - буркнул Лев. – Зачем тебе это вообще?
- Ах, вообще… - Кирилл прижал правую руку к сердцу. – Это чтобы вот здесь спокойно было.
- Ты убил сегодня трех человек, чтобы спокойней было?
- Я убил не людей, Лев, - Кирилл покачал головой. – Сволочей, зверей, уродов… кого угодно, только не людей.
- У всех есть недостатки. Даже у тебя. И что же? Убивать всех?
- Недостатки! – взвился Кирилл. – Ты называешь это недостатками? Это паразиты! Моральные уроды! Я…
- Подожди, не…
- Нет, это ты подожди! Прежде чем выстрелить, я узнаю о них все. Все! Я общаюсь с ними по гипер-связи, психологическими приемами вызываю на откровенность, расспрашиваю, выясняю, вытрясаю из них душу, а если не получается, я лечу на их родную планету и знакомлюсь с ними лично, становлюсь их лучшим другом, чтобы раскрыть их сущность. И это все, только ради одного мига, чтобы здесь нажать на курок.
- Но не могут же все быть такими негодяями?
- Не могут. Но эти - хуже. Они – паразиты. Трутни. Не желающие пошевелить и пальцем ни ради планеты, на которой живут, ни ради собственного благополучия. Им наплевать на всех, кроме самих себя. И даже на себя им наплевать. У них есть только два чувства: лень и зависть. Зависть ко всему, что им недоступно, и лень приложить хоть каплю усилий для достижения этого.
- Мрачновато, как-то, у тебя выходит…
- В действительности все еще мрачнее. За жизнь я мог бы повидать всякого, но с постоянством слышу одну и туже песню: вся их жизнь – сплошное нытье. Вокруг них плохо все. Жалкая планета. Захолустный город. Тупая работа. Ничтожная жизнь. Их собственная судьба утекает сквозь пальцы подобно песку.
- Но ведь все это можно изменить!
- Они не хотят. Они пропивают судьбу за чаем, прокуривают ее в коридорах, прожигают в компьютерных социальных сетях. А по вечерам они встречаются в барах, где ноют, ноют и ноют, о том, как им плохо живется. И ты называешь это людьми? – Лев не успел ничего ответить, как Кирилл, надрываясь, продолжил: - И у каждого из них есть мечта: стоит только покинуть эту несчастную планету, на которой они оказались благодаря своей несчастливой звезде, как жизнь обернется сплошным шоколадом. И наша планета в списке шоколадности одна из первых. Ты знаешь, сколько эмигрантов едет к нам за год? Больше тридцати тысяч. Это притом, что девяносто шесть процентов из них исчезает. И они все знают это, они подписывают документы!
Лев изумленно поднял брови:
- На планете всего двести тысяч населения…
- Вот именно! А теперь представь, что всего через шесть лет, а если мы прекратим политику фильтрации эмигрантов, то намного раньше, к каждому из нас присосется вот такой прилетевший с другой планеты паразит!
- Ну почему паразит-то?
- Да потому! – чуть не взревел Кирилл. – Потому что если человек, если он не хочет быть паразитом, будет трудиться. И только благодаря труду мы живем в так хорошо устроенном мире. Планета не становится процветающей сама по себе. Когда-то в далекой древности земной президент Кеннеди произнес такую фразу: "Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя, спроси себя, что ты можешь сделать для нее". Это великое изречение. Но самое интересное, что в ней зарыт глубокий секрет: делая что-то даже для себя, ты помогаешь процветанию всей планеты. Вот ты - составляешь программы, по которым летает наш космофлот. Мой сосед напротив разрабатывает одежду, а по диагонали – компьютеры. И тем и тем пользуются по всему миру. Даже старик, что живет в конце улицы и никогда не выходит за забор, сажает деревья, в тени которых отдыхают прохожие.
- Но может, действительно, на новом месте, они смогут взяться за ум?
- Дело не в планете, - горестно покачал головой Кирилл. – Дело в них самих. Они всегда найдут причину. Там не давала жить убогая планета и тупое правительство, здесь будет мешать незнание языка, тоска по родине, или еще что-нибудь. Нет! Это паразиты. Трутни. Балласт. И для того, чтобы планета жила, балласт нужно скидывать, паразитов давить, трутней уничтожать.
- Но, ведь, не обязательно убивать. Можно не выдавать визы, не пропускать на таможне, просто отправлять обратно, в конце концов.
- Ты понял про лень, но забыл о зависти. Исчезающие иммигранты – щит. Который защищает нас от захвата паразитами силой. Слышал исторический девиз: "Кто был ничем, тот станет всем"? Так под волнами саранчи гибнет хлебное поле.
- Плохие вещи ты говоришь, - Лев снова наполнил стаканы.
- Работай. Трудись. Строй свою жизнь. И плохо не будет. Нигде! – Кирилл коснулся стакана Льва краешком своего.
- Нигде! – повторил он. – Ни на одной планете!
Tags: мысли, творчество
Subscribe

  • Маршрутковое :)

    - А, это мой первый министр, - Темный властелин указал на фигуру. - Пятый, или шестой по порядку, точно не помню. В общем тот, кто запретил…

  • Размышлятельное :)

    - Что страшнее, беспощадно-бессмысленная бойня или бессмысленно-беспощадная? - буркнул Арджан, осуждающе поглядев на Шумани.

  • Вспоминательское :)

    - А ты кто такой, откуда приехал? - С того берега моря. Оседлал хромую блоху и приехал. - Море что, лужа? - Может и лужа, только ту лужу орел не…

Comments for this post were disabled by the author